Титульный спонсор
Новости клуба
29 июля 2016

C. МАХОВ: «У НАС СОБРАЛСЯ ОТЛИЧНЫЙ КОЛЛЕКТИВ»


Доктор «Динамо-ЛО» Сергей Анатольевич Махов – о своей профессии, команде, и том, какие качества помогают врачам лечить людей.

– Многие болельщики считают, что задача доктора заключается в прижигании зелёнкой ссадин во время матча, заморозкой повреждённых мест и чего-то ещё в игровом процессе. Чем же всё-таки занимается врач в волейбольной команде?

– Главное – это профилактика травматизма. В любых видах спорта приходится помимо оказания срочной помощи вести профилактическую работу – и волейбол, среди всех видов спорта, не исключение. Эта работа заключается в фармакологическом обеспечении, подборе средств, которые помогают спортсмену быстрее восстановиться после тяжёлой работы. Как правило, травмы в не самых контактных видах спорта, к которым относится волейбол именно усталостные.

– Занимается ли клубный врач реабилитацией спортсмена после травмы?

– Сейчас идет уже разделение работы. Клубный врач оказывает первую помощь, проводит лечение, а к процессу восстановления присоединяются реабилитологи. В некоторых клубах даже должность такая появляется – тренер-реабилитолог. Эти специалисты подбирают нагрузочные упражнения, позволяющие спортсмену быстрее разработать поврежденную часть тела или сустав.

– Вы говорите о поиске и подборе фармакологических средств. В свете нынешней сложной обстановки и постоянных обвинениях российского спорта в систематическом употреблении допинга… хотелось бы узнать ваше мнение: в волейболе допинг может помочь?

– При помощи фармакологии можно продлить состояние работоспособности. Если говорить о жестких средствах, то они выжмут из организма все, это пойдет во вред организму. Такие препараты запрещены. Есть средства гораздо более мягкого действия, позволяющие усилить энергоотдачу – они действительно помогают, и разрешены.

– Следите ли вы за обновлениями на сайте ВАДА (Всемирного антидопингового агентства), где постоянно появляются все новые и новые названия запрещенных препаратов?

– Перед стартом сезона нам раздают методические пособия от ВФВ (Всероссийской федерации волейбола), плюс мы получаем известия из СМИ.

– А как насчет мельдония?

– Запрет мельдония – чистая политика, и ничего кроме нее. Ни минуты не сомневался в том, что это сделано исключительно для того, чтобы уколоть именно Россию. С этим препаратом я знаком уже более двадцати лет. Великолепнейшее средство, помогающее больным людям: поддерживает печень, сердце, головной мозг за счет усиления кровотока и энергообмена. Зачастую он спасает человека от серьезных заболеваний.

– Но он не заставит спортсмена бегать быстрее или прыгать выше?

– Он помогает в восстановлении, помогает переносить нагрузки. Но никак не стимулирует и не улучшает результат.

– Должен ли клубный доктор быть психологом?

– Думаю, в первую очередь. Лечат не только руки и лекарства, но и хорошие слова. Когда я учился, нам говорили: 50% успеха в выхаживании больного – это уход, добрые руки и хорошие слова, которые помогают настроить человека на выздоровление. Пациент это чувствует, это чувствует его организм, порой даже идет самонастрой организма. Если ты относишься к больному с сочувствием – отдача обязательно будет. Иногда некоторым врачам действительно стоит представить на месте больного своего родственника, душевности сразу станет больше. Иногда… бывает халатность, что и говорить.

– Если абстрагироваться от спортивной медицины, в медицине традиционной случаются страшные исходы. И если воспринимать каждого больного как почти родного человека, добром это может не закончиться уже для самого доктора.

– Мы все ходим под Богом. Всего в жизни предусмотреть нельзя, но если ты грамотный доктор, то можешь смотреть на пару шагов вперед. Это очень страшно, когда умирает твой пациент.

– Говорят, врачи в большинстве своем циники. Это правда?

– Есть несколько специализаций, которые вырабатывают с годами цинизм, но я бы не стал говорить о большинстве. Не все. Мне кажется, что, опять-таки, дело в личности человека, в его душевном складе. Если есть у тебя внутри что-то, что в дальнейшем может спровоцировать такое отношение к жизни в определенных обстоятельствах, значит, так оно и будет. Доброта, отзывчивость или черствость и равнодушие – это обычные человеческие качества, которые, накладываясь на профессию, становятся более ярко выраженными.

– Вы с детства знали, что будете врачом?

– Вообще не собирался идти в медицину, я хотел быть музыкантом. Играл на фортепиано, на гитаре и о профессии врача не думал. Но родители-медики настояли на своем, сумели меня убедить, и я поступил в Первый медицинский институт.

– Какую специализацию выбрали себе?

– Я выбрал анестезиологию и реаниматологию. Мне хотелось вытаскивать людей, делать что-то для того, чтобы человек остался жив. Помогать.

– Это безумно ответственно.

– Наверное, да. Отработал по этой специальности я, наверное, лет восемь.

– А как вы попали в спортивную медицину?

– Перипетии в личной жизни. Моя жизнь сделала круг – я расстался с первой женой и вернулся в Ленинград с Севера нашей страны. В советское время были некоторые сложности, связанные с пропиской, и найти работу в стационаре я не смог. Долго думал и решил уйти в спортивную медицину.

– Были предложения?

– Сначала пошел доучиваться. Закончил массу курсов, в том числе и врачебные курсы по всем видам массажа – они просуществовали всего два года, и мне удалось на них попасть. После этого я работал в Калининской школе олимпийского резерва. И как-то мой друг, работавший в этой же школе баскетбольным тренером, затащил меня уже в профессиональный спорт. Друга зовут Борис Ливанов, и в тот момент его назначили главным тренером санкт-петербургского «Спартака». Он притянул меня туда едва ли не силой, даже специально ездил за мной в летний лагерь. Это был 1997 год.

– Пытаюсь вспомнить питерских баскетболистов тех лет. Кисурин?

– Кисурин, Щетинин, Мальцев, Заманский, Падиус. Фетисов, но он тогда за рубежом играл. Так началась моя работа в игровых видах спорта. Восемь лет отработал с баскетболистами, потом перешёл в «Балтийскую Звезду» - к девочкам-баскетболисткам, там три года работал. Потом меня пригласили в волейбольную «Ленинградку», однако там я не сумел найти общего языка с руководством клуба. Теперь же я в «Динамо-ЛО», уже почти девять лет, чему очень рад.

– Поступило предложение?

– Да и раньше звали, и в какой-то момент совершил этот переход. Получается, прошел вместе с командой все профессиональные уровни – от Высшей Лиги «Б» до Суперлиги.

– Какие эмоции были сильнее?

– Да они всякий раз сильные, если честно, я не определюсь, после какого достижения они были самыми-самыми. Люди здесь хорошие, как-то даже удивительно – это я не в упрек другим коллективам говорю. Мне здесь очень комфортно, со всеми – есть ощущение, что я дома. Полностью доволен.

– Вы сами спортивный парень?

– А то (улыбается). Играл во все подряд, был подвижным, что дало определенный залог спортивной формы. В институте играл в регби.

– Ого. Серьезный вид спорта.

– Была такая команда «ЛМИ», она становилась несколько раз призёром чемпионата СССР. Ну а я играл в дубле. Однако учеба в Медицинском все-таки требовала максимальной концентрации.

– Врач – очень ответственная профессия.

– Дело даже не в этом, а во времени и сосредоточенности. Некоторые предметы нужно было просто зубрить: анатомия, латынь – зубрежкой закладывалась база, и только потом через нее приходит понимание.

– Сейчас помните что-нибудь из латыни?

– То, что мне необходимо для работы, разумеется – в пределах необходимости. Диагноз, фармакологическое средство, анатомическое название – база у меня неплохая (улыбается).

– За столько лет в профессиональном спорте стали ли вы профессиональным болельщиком?

– Нет, не стал. Фанаты строят свою жизнь под болельщицкий азарт – мне это не нужно. Я с удовольствием смотрю спорт по телевизору, но «шизить» на трибуны не пойду (смеется).

– С какими чувствами будете смотреть стартующие 5 августа Олимпийские игры в Рио-де-Жанейро?

– С самыми лучшими. Буду смотреть все, на что хватит времени, болеть и переживать за наших спортсменов. Во всех видах спорта, не говоря уже про волейбол – это даже не обсуждается.

– Давайте о команде и клубе. В каком состоянии вернулись из отпусков волейболисты?

– Они профессионально относятся к своим организмам, понимая, что спорт – это их основная работа, за которую они получают деньги. От заложенной на сборах базы будет строиться их выносливость и работоспособность в сезоне. Коллектив у нас собрался, кажется, отличный, работают ребята с удовольствием, «пищащих» и недовольных не вижу.

– «Пищащих» в спорте вообще немного, наверное?

– Немного, но бывают, бывают… (улыбается).

– У меня есть вопрос, связанный с перелетами и сменой часовых поясов. В Суперлиге их будет больше, видите с этим какие-то сложности?

– Не думаю, что какие-то сложности здесь будут, ведь в Высшей Лиге «А» мы тоже летали много. Есть и способы обмануть биологические часы, например. Когда я работал в баскетболе, мы так делали. Допустим, на матч в Иркутск прилетали утром в день игры. Немного спали, а вечером ехали на игру. Таким образом, организм не успевал угодить в неизбежную на следующие пару дней «акклиматизационную яму».

– Чему посвящаете свое свободное время?

– Свободного времени, к сожалению, очень мало. Но я люблю читать – предпочтение отдаю детективам, чаще российским. По-прежнему увлекаюсь музыкой, это из детства. Люблю джаз – есть определенные привязанности. На концерты последнее время выбираюсь очень редко, хотелось бы почаще. Но если приезжает кто-то очень интересный, стараюсь попасть. В джаз-клубах бываю, скажу так.

– И напоследок. Что бы вы пожелали команде и болельщикам в дебютном сезоне Суперлиги?

– Болельщикам желаю переживать, приходить на трибуны и поддерживать изо всех сил. Не секрет, что мы играем для болельщиков. Команде я пожелаю здоровья, здоровья и только здоровья.

Пресс-служба ВК «Динамо-ЛО»
(О.Быченкова)

© 2013–2017, Ассоциация «ВК Динамо-ЛО».
Все права защищены.