Титульный спонсор
Новости клуба
11 января 2017

Я.ВАСИЛЕНКО: «ХОЧУ РАЗВИВАТЬСЯ И РАСТИ КАК ТРЕНЕР ВМЕСТЕ СО СВОЕЙ КОМАНДОЙ»


Большое интервью с тем, кому есть что рассказать: наставник нашей молодежной команды Ярослав Василенко – о жизни, психологии работы тренера и собственной карьере.

– Когда вы поняли, что ваша игровая карьера заканчивается, у вас уже были мысли заняться тренерской работой или это вышло спонтанно?

– Я задумывался о будущем, но, как любой игрок, пытался как можно сильнее оттягивать момент окончания игровой карьеры (улыбается). Последние пять лет постоянно общался с молодыми игроками и, если честно, подумывал о тренерской работе.

– Общаться было легко, ведь последние годы вы были значительно старше всех своих партнеров по команде.

– Да, парни спрашивали совета, я понимал, что действительно могу что-то дельное подсказать. Очень рад, что Андрей Александрович Борзов предложил принять молодежную команду. Конечно, я учусь, и есть различного рода сложности. Но, считаю, что тренер – это не профессия, а состояние души. И хочу расти и развиваться как тренер вместе со своими ребятами. Стараюсь искать что-то новое в тематической литературе, приходится много думать над упражнениями и вспоминать то, что когда-то давали мне.

Работа с молодыми ребятами – сложная и интересная. Например, те же физические нагрузки им нельзя давать в большом объеме. Или другой пример: какая-то статистическая информация до них может просто не дойти, особенно, если ею перегрузить головы. Важно давать и нагрузку, и информацию в нужном объеме. Ну, это уже нюансы пошли. Остановимся на том, что я люблю свою работу, большой плюс которой в том, что я вечно молодой (смеется).

– Давайте вспомним момент, как это было? Вы заходите в зал, вас представляют команде…

– Это был конец декабря 2013-го года. Я закончил карьеру, но с начала сезона ездил с первой командой уже в составе тренерского штаба – присматривался к работе. И, в какой-то момент Андрей Александрович спрашивает: «Ярослав, ты готов переехать в Сосновый Бор, принять молодежную команду? Изменить отношение ребят к тренировочному процессу?». Согласился. Переживал, конечно: одно дело играть, другое – тренировать. Но, на самом деле, все прошло безболезненно. Пришлось некоторые вещи… убрать, чтобы наладить тренировочный процесс. Трудности были в основном, бытового плана – пока я играл, особенно не задумывался о мелочах, с которыми пришлось столкнуться, будучи тренером: быт, организация тренировок, ведение определенной документации. В любом случае, сначала было непривычно, но справился, попутно приобрел большой опыт.

Сложностей я не боюсь, тем более, что и ребята поверили в меня, в мои идеи. Когда пришел, парни в Первой лиге занимали 11-12 место, а в прошлом году стали третьими – мы вместе прошли хороший путь.

– А как закончился ваш первый сезон с молодежной командой?

– Мой первый сезон тренерской работы закончился тем, что я надел игровую майку и вернулся на площадку (смеется). Так получилось. К сожалению, выбыл из-за травмы Леша Бабешин, а дозаявлять кого-то со стороны было уже нельзя, трансферное окно закрылось. Ну а я был включен в заявку команды еще в начале сезона, хотя играть уже не планировал. Но пришлось (улыбается).

– Вы получается, не тренировались уже полгода к этому моменту. Тяжело было?

– Ну, я старался поддерживать форму, ходил в зал. И потом, если тебе 39 лет, и ты большую часть жизни провел с мячом, за полгода навыки потерять сложно, весь вопрос был именно в физической форме. И я старался участвовать в тренировочном процессе – порой молодежи приходилось показывать некоторые вещи. Лишние килограммы, конечно, были, но пара недель в запасе оказалась (смеется). Плюс, Андрей Александрович и Олег Владимирович сказали, что я нужен, скорее для полноценного тренировочного процесса в команде и по поводу веса можно не очень переживать.

– Но вам пришлось играть эти два месяца.

– Да. К сожалению, у команды в тот сезон не все получалось, несмотря на отличный подбор игроков. Заняли тогда пятое место. Да, пришлось выходить и что-то делать. И спасибо огромное Олегу Согрину за то, что дал мне попрощаться с болельщиками в последнем домашнем матче того сезона. Очень трогательный момент был.

– А когда вы возвращались на площадку, каких чувств было больше: радости, что есть возможность еще немного побыть волейболистом? Или напряжения, работы через «не могу», которую вы делал только ради людей, которых цените и уважаете?

– Напряжения? Нет, я был очень рад! Это еще одна возможность вернуться, хотя уже как тренер трезво оценивал свои кондиции: голова и руки работают, а вот лишние килограммы тянут вниз (улыбается). Ноги чуть-чуть подкачал, чтобы перемещаться по площадке быстрее… но не задумывался, с удовольствием согласился.

– В конце карьеры связующий может позволить себе на площадке что-то такое, что никогда не сделал бы раньше?

– Да, периодически уведомлял либеро о том, что если доводка не прилетит в 3-4 метр, я не буду бегать за ней по площадке и воздержусь от передачи. А почетная обязанность пасовать ляжет именно на либеро (смеется). Плюс, когда мы тренировались в маленьком зале «Динамо», слишком низкий потолок отменял длинные забеги за мячом. Я часто смеялся: «Если вы так принимаете, зачем вам хороший пасующий? Подкинуть вам может любой!».

– А кто в этот момент занимался с молодежкой?

– Александр Павлович Чистяков и Олег Германович Морозов. И закончили сезон в восьмерке, поднялись выше!

– Что самое сложное в работе с подростками? Наверняка это не тактико-технические действия и схемы.

– Конечно. Психология везде играет большую роль. Пришлось очень многое поменять, и я сейчас не только о тренировочном процессе. Например, постепенно воспитывать в них чувство ответственности, пытаюсь им объяснять: если они хотят стать настоящими мужчинами, то должны отвечать за свои поступки – любые. Это самое сложное.

Было сложно в самом начале дать им понять, что я в них верю, и сделать так, чтобы они поверили в себя. К сожалению, очень часто парни, которые многое умеют, не могут справиться с собой и собственной неуверенностью. Через месяц-другой они уже сами начинали смеяться над тем, что у них раньше не получалось.

Приходилось менять отношение к собственному здоровью, да и друг к другу, порой. Отношения в команде не всегда были здоровыми – пару лишних людей пришлось убрать, честно говоря. Самое главное, что парни поверили в себя: 3-е место среди мужиков в Первой лиге – хороший результат и для них, и для тренера.

В глубине души я жалею, что не оставил в команде Андрея Гаврияшева и Сашу Голубева, они бы серьезно помогли нам. Понимаю, это немного эгоистичное чувство, необходимо думать, в первую очередь, об их будущем: у Андрея и Сани последний год в Молодежной лиге, они оба 1995 года рождения и им поступило предложение от «Автомобилиста», а это определенный шаг вперед. Греет, что парни не забывают о нас, продолжают дружить, часто приезжают в Сосновый Бор.

– Проповедуете ли вы политику кнута или используете в своей работе и пряник тоже?

– Я согласен с теорией, которую высказывают на определенных ресурсах. Те методы, которые использовались в воспитании молодых спортсменов в советское время, по которым воспитывали, например, меня, с нынешним поколением не проходят. От кнута лучше воздержаться. Признаюсь честно: пробовал и так, и так – зачастую результат, именно результат, оказывался одинаковым, вот только «кнут» откладывается в головах самым негативным образом.

Дети реагируют на твой тон. Если они делают ошибку, а ты молчишь, никак не реагируешь… для них это гораздо страшнее, чем если бы ты как-то это прокомментировал. Пожалуй, первый момент, который я понял в начале тренерской работы. Опять же, люди разные – на кого-то ни в коем случае нельзя повышать голос, отчитывать, ругать. Кто-то не может без мотивационных речей, ему просто необходимо, чтобы на него прикрикнули. Кричать, чтобы унизить в нем личность – точно нет. Крикнуть что-то по игре – иногда полезно. Думаю над этим очень много. Ломать в человеке человека я не готов, но научить их играть в волейбол, чувствовать себя комфортно на площадке и в жизни – необходимо.

– А когда они делают глупости?

– Они обязательно делают глупости, они же учатся. Пусть они их творят, пусть ошибаются, через эти действия и проходит процесс обучения. И совсем другое дело, если эти глупости совершаются из раза в раз – человек должен понимать, что он что-то делает не так. Порой как раз в такие моменты мне и приходится повышать голос. Но я слишком добрый, потом прихожу и извиняюсь (смеется). После игры или тяжелой тренировки мы всегда шутим и смеемся, чтобы снять какие-то негативные моменты процесса. Другое дело, что, порой, молодые ребята принимают доброту за слабость. Знаешь, в Новокуйбышевске после одного из проигранных матчей я зашел в раздевалку и сказал парням: «Если вы меня сплавляете, то вы прямо так и скажите – я сам уйду» (смеется). Ну, два варианта, говорю, либо сплавляете, либо на ставках играете. Это была шутка. Но если узнаю про ставки – будет плохо.

– Это, кстати, тяжелая и важная тема. Наверное, многие слышали про договорные матчи, и Молодежная лига, к сожалению, не исключение.

– Я тоже слышал, и это неправильная ситуация. Ребят я предупредил сразу: если даже не узнаю, а просто услышу, что кто-то в моей команде занимается такими подлостями, ничем хорошим такое не закончится. Как минимум этот человек покинет команду. Как максимум, он покинет волейбол – слухи у нас распространяются очень быстро, сама знаешь, насколько тесен наш мир. Кстати, я знаю, что в баскетболе, с приходом к рулю Андрея Кириленко, букмекерам запретили работать на детском баскетболе. Мне кажется, тема отличная.

Поддастся соблазну легко, но эти шальные деньги прогуляются быстро, а позор останется. Да если б еще ставили на свою победу! А то ставят на поражение. Какие спортсмены, какие игроки из них вырастут? Мои ребята четко понимают, чем это для них закончится – эксцессов не было.

– Вам трудно отходить своего игрового «Я» на тренерском мостике? Кем вы сейчас себя ощущаете: еще игроком или уже тренером?

– Сейчас мне уже не сложно себя сдерживать, игровое «Я» не рвется на площадку. Есть отличная фраза – если хочешь стать хорошим тренером, забудь, какой ты был игрок. Многое зависит от характера, я, например, добрый человек сам по себе. Плюс повезло: в свое время меня, «зеленого» пасующего, поддержали ветераны команды, и никакой дедовщины и поддушивания не было. Понимаю, что молодым важна поддержка. Если им постоянно говорить, что они никто, они и вырастут в полном понимании того, что они никто. Хотя, разумеется, вижу все их ошибки, косяки и глупости.

– Говорят, что большому спортсмену сложно стать большим тренером.

– Я не был великим спортсменом, а всего лишь добротным игроком, который помогал решать какие-то задачи. У многих великих сложный характер, зашкаливающее «эго», наверное, потому и тяжело. Добиться всего, оставаться наверху долгое время и оставаться при этом добрым и нежным очень сложно. А мне можно, я великим не был (смеется).

Продолжение следует...

Пресс-служба ВК «Динамо-ЛО»
(О.Быченкова)

© 2013–2017, Ассоциация «ВК Динамо-ЛО».
Все права защищены.